К нам в гости сказка вновь явилась,

Воскресла! Снова возродилась,

И умирать не хочет, нет,

Ведь в ней души заложен свет!

 

***

А что в ней будет, кто-то знает,

Ведь сказка многое скрывает,

Заманит, хитро заведет,

Ума лишит, всего стрясёт.

Да и узнать в ней много можно

О прежней жизни осторожной:

Как жили люди до тебя,

Чего боялись, и не зря;

Кого хвалили, восхищались,

Кого боялись, ужасались,

Кого в века внесли с собой,

Кого любили всей душой.

В ней нет придумок и сложений,

Нет смерти глупой, отречений,

В ней будет всё, как быть должно –

Годами жизни суждено.

Одно не скрыть в ней, это точно, –

Душевной радости той прочной,

Ведь в сказке мудрость есть всегда,

Какие б ни были года!

 

***

Но как нам быть, с чего начать,

Чтоб сказку эту рассказать?

Пожалуй, мы начнем с князей,

А также с их родных земель.

 

Сказка

 

Итиль

 

Жил на воле, но не дали,

Ноги, руки обвязали,

Словом, сделали рабом

Чтоб дарил, что взял горбом.

 

Часть №1

Рабство

 

Князь Урака здесь всем правил,

Трон ему отец оставил,

Так и правил тут давно

Все чем мог и что дано.

Не младой – ну, что тут сделать,

Жизни ход не переделать,

Годы даром не прошли,

С сединой к нему пришли.

Долго вволю он здесь правил,

И людей трудом ославил,

Труд был важен для него

И манил, манил его. -

Зрел за всем он очень строго,

И работал слишком много,

И рачительно берёг

Ему вверенный народ.

И за то ценили князя,

Подчиняясь безотказно,

Уважая власть его,

Как родного, своего.

 

Но беда была, не спрячешь,

Что гласить. Судьба иначе,

Род мужской здесь угасал,

Этим князя обижал.

А его жена старалась,

Что ж за жизнь ей тут досталась,

Сына надо все ж родить

 А не барынь приносить.

 

Что тут сделать, князь смирился,

В бабий мир весь погрузился

И душою всех любил,

А жену боготворил.

 

А жена его, княгиня,

Для него была богиня,

Мила, преданна душой,

И при ней –  один покой.

Да красива, как картина,

Словно свежая малина,

Дочерь южного царя

И прекрасна, и стройна.

Важность есть и горделива,

Но всё меру сохранило,

И любила одного

Мужа только своего.

От того она старалась,

Сына всё родить пыталась,

Но судьба была такой,

Что не жизнь, а вечный бой!

С князем каждый день сидела,

Взглядом ярким всём глядела,

Мудрость, честь в ней глубоко,

Было ж князю с ней легко.

 

Восемнадцать народилось,

Дочек князя! Так случилось!

Сам и князь и не поймет,

Кто он в жизни, где живет.

Да и дочери забавы,

Смотрят взглядами. - Лукавы,

Продлевали благодать,

Что пером не описать.

Те, что выросли, красивы,

И стройны, и горделивы;

Те, что малые ещё,

Греют душу всё его.

Князь любил дочурок очень,

Он отец, любим, быть хочет,

Часто дочек баловал

И с любовью целовал.

Всем дарил подарки, радость,

К дочерям имел он слабость,

Всей душой своей любил,

Что про сына позабыл.

 

Но всё вдруг переменилось,

Когда счастье вдруг случилось,

В день, когда его жена

Весть до князя принесла.

«Я беременна, мой князь,

Будет сын, благословясь,

Принесли мне эту весть

Две знахарки. В ночь и здесь».

 

Князь почуял облегченье,

Понял: вот оно – спасенье!

«Будет, что кому отдать

В час, когда уж помирать!»

Слов от тех душа застыла,

Он желал рожденья сына:

«Сын родится! То добро!

А в душе, в душе тепло!»

 

Здесь все жили, не тужили,

Счастье и добро копили,

Проживали сладость дней

С каждым днем всё веселей.

Но про земли мы забыли,

Там, где люди мирно жили,

Что давали князю в срок

Прибыль, злато всё да впрок.


***

Земли князя небольшие,

Скажем, вовсе уж смешные,

Только речка в них текла,

Жизнь и прибыль всем несла.

Речка, да была большая,

Море рядом тут у края,

Потому несла сюда

И купца, и рыбака.

Речка всем была святая,

И для всех она родная,

Каждый знал к чему идет,

Каждый знал, чего он ждет.

Называли речку разно,

Кто как мог своеобразно,

Кто-то «Ра», а кто «Итиль»,

Кто-то «Волга», кто «Камиль».

Моряки, что приходили,

Дань Ураке все платили,

Город был мирской поток

Всем давал он свой кусок.

И для князя было дело,

Забирать своё и смело,

Потому была важна

Так для князя та река.

 

***

Неземной красой сияя,

Замок высился, прельщая,

И построен так давно,

Что не помнит уж никто.

В нем лепнина, арки, ставни,

Всё живое, даже камни,

И горит, манит собой

Даже в ночь, когда покой.

Это всё людей творенье,

Видно было вдохновенье,

И умение творцов –

Живших загодя отцов.


Он стоял на возвышенье,

Приводя всех в изумленье,

Призывая посмотреть,

Душу блеском отогреть.

Овивался он ветрами

Он стоял уже веками,

Замок чудной красоты,

Как творение мечты.

Княжье то было владенье,

В нем и жил он в наслажденье,

И с той выси на холме

Управлял на той земле.

 

Люди здесь живут простые,

И к работе все родные,

Ей тут всякий покорён,

Каждый в труд мечтой влюблён.

Все на вид они красивы,

И тела полны их силы,

Все они богатыри

И охранники земли.

 

***

Вновь про сказку мы забыли,

По краям глаза пустили,

А она уже идет,

И с весной всю боль несет.

За окном весна стояла,

Солнцем воздух насыщала,

Распустились и цветы

Вокруг скал у той реки.

И лучи добра и света,

Предвкушая радость лета,

Согревая всё вокруг,

Раскрывали красок круг.

Ветер с моря дул с прохладой,

Предвещал, что и не надо,

Боль, разлуку, даже смерть –

То, что мыслить и не сметь.

Но оно должно случиться,

С миром горе приключится,

Но не слышит тут никто,

Что в их мир идет уж зло.

 

А сейчас здесь всё спокойно,

Солнце светит всё пристойно,

Не испортит здесь никто

Счастья мира ни за что!

 

***

Вдруг погода изменилась,

Всё не так, что приключилось!

Поменялось всё вокруг,

С моря шел нелепый звук.

 

Прилетели с моря тучи,

Разразился гром могучий,

Не видать уж ничего –

Всё дождём заволокло.

Ветер с моря задувает,

Сил своих всё не сбавляет,

Дует день, затем второй

Насылает жребий злой.

Так неделю за неделей,

Не меняя своих целей,

С моря ветер дул большой,

Не давая всем покой…..

Месяц так погода злится,

Людям всем уже не спится,

Всполошились все вокруг

Одолел их всех испуг.

 

Злобой, страхом налились,

Да и к князю собрались,

Чтобы он им разъяснил,

Чем уж морю навредил.

 

Выбор пал: народ исполнил,

Самых лучших своих вспомнил,

Людей умных и простых,

Тех, в ком слышен глас других.

И троих тех, что избрали,

К князю разом отослали,

Чтоб развеял страшный слух,

Что разгневан Моря дух!

 

***

К князю все они явились,

С миром дому поклонились,

Стали слово тут держать,

Отчего им так страдать:

«Ты скажи нам, князь наш добрый,

Почему наш край покорный

Неспокоен стал сейчас?

В чем причина: али сглаз?

Нет и толку от торговли,

Нет и рыбы, нет и ловли,

Разоримся мы совсем!

Знать хотелось бы – зачем?»

 

Князь потер власы седые

И сказал: «Мои родные,

Да не знаю я, с чего

В этот мир свалилось зло!

Надо вызвать нам шаманов,

Изо всех святых нам храмов,

Пусть они дадут ответ,

Отчего нам столько бед!»

 

***

И гонцов везде отправив,

Стали ждать, мечты оставив,

Правды горечь попивать,

Что ж им делать! – Только ждать.

 

Всех, что надо, отыскали,

Даже с гор, и тех пригнали,

Много люда к ним пришло

И советов принесло.

О беде им рассказали,

Чтобы все о ней узнали,

Правду всю им рассказав,

Чтобы все знали как устав.

А потом им всем сказали,

Чтоб от духов что узнали.

«Отчего и почему?

Море вкралось тут во мглу!

Почему страшит собой,

И не даст уж нам покой,

Разузнайте, что есть в силах,

Что с нас море взять решило».

 

 Тут шаманы поклонились,

К морю разом удалились,

Чтобы духов расспросить,

От чего у моря прыть!

 

***

Две недели уж проходит,

Все они назад приходят,

Князю новость говоря,

Что молились, только зря.

«Нет на море том покоя,

Мы молились, там и стоя,

Не пришел ответ назад,

Не нашли мы с морем лад».

 

***

Погрустнел тут князь от слова,

Не видать покоя снова,

Пал на кресло массой всей,

От беды он стал белей.

Князь теряет разум, волю,

Он не верит в свою долю:

«Надо что-то изменить,

Как судьбу свою решить?»

Он задумался глубоко,

В одиночестве со вздохом:

«Горе, горе к нам идёт,

Ничего и не спасёт».

 

Только тут все затрещало,

Запищало, зажужжало,

И откуда ни возьмись

Гость в рванье тут появись.

Князь в глубокой думе был,

Он всё думал, всё забыл,

И сквозь сон, без злобы фраз,

Стал гласить: «Опять мираж».

Путник вяло встрепенулся,

Как-то даже улыбнулся:

«Не мираж я, а живой,

Говорю сейчас с тобой».

Князь из дрёмы воскресает,

Головой своей мотает,

Вдруг как громко закричит

И перстом в него грозит:

«Кто такой, какого рода,

Ты почто явился, злоба», –

Крикнул князь, в него глядя,

Никого и не щадя!

 

Путник сходу испугался,

И слова найти пытался,

Он не ждал, увы, такого,

Растерялся уж немного.

«Князь, помилуй: я – спасенье,

Знай, что я – твоё везенье,

Знаю, кто и почему

Напустил сюда чуму!»

 

Вышел князь из изумленья,

Предвкушая откровенья,

Кинул взгляд на колдуна –

То была его судьба!

Смерд тот был не шибко рослый,

Вид имел он несерьёзный

И не молод был уже,

Весь оборванный, в тряпье.

Рыжим был тот гость заморский,

Весь худой и вид уж скользкий,

С бородою до колен,

Всё стоял без перемен.

Взгляд зловещий и противный,

Голос вкрадчивый и тихий,

Так стоял он, хитрый лис,

Наклонившийся весь вниз.

«Я явился дать спасенье,

Подарить тебе везенье,

Жизнь былую возвратить,

Чтоб ты в счастье мог здесь жить».

 

Князь смирился под напором,

Прожигая гостя взором,

Сон свой в сторону увел,

И в себя совсем пришел.

«Повтори мне всё, бродяга,

Всё гласи не жмись как скряга,

Ты о городе моём,

Вечно залитым дождём».

 

Гость немного улыбнулся,

Дух отвел свой, встрепенулся,

Голову свою поднял,

И с гордыней тут сказал:

«Слушай, князь, ты б не гневался,

Без меня б ты вмиг взбесился,

Я один лишь знаю то,

Что другим и не дано.

И умом бы не скупился,

Ярость сбросил, остудился,

И послушал, что скажу

Не во сне, а на Яву.

И не рыскай взглядом злобным,

По одеждам моим тёмным,

Кто во что сейчас одет,

Для меня значенья нет».

 

Остудился князь немного,

Скинул жар, взглянул уж строго,

 «Что ж что знаешь, говори,

Ни чего и не таи»

 

Гость немного засмеялся,

И слегка перестарался.

Начал что-то говорить,

Глазом князя стал бурить.

«Темень встанет, в полночь где-то,

В час тот: выйди ты одетый,

Через земли все пройди

За дорогой уж следи.

Море вскоре там увидишь,

Хотя звук сдали, услышишь,

Встанешь к пирсу – прокричи,

Да по морю постучи.

Я скажу, что крикнуть нужно,

Ты запомни всё послушно,

Слово в слово заучи

И как надо прокричи:

«Море, море, будь послушно,

Встреть меня ты уж радушно,

Успокойся, дай мне час

Всё сказать царю, что даст.

И луна с сияньем полным,

Озари ты в море волны,

Лучом ночи, всех огней

Пробуди царя морей.

В миг, когда он с моря встанет,

На тебя сердито взглянет,

Будешь связан с ним навек

Не как князь, а человек.

И тогда ты всё расскажешь,

Что не так, ему подскажешь,

Всё решите там вдвоём,

Стоя в мире там своём».

 

Князь заслушался безмерно,

Понял всё он, несомненно,

Но проверить, надо всё,

А то будет что ещё.

«Видит бог, тебе поверю,

Но запомни: всё проверю,

Если ты мне, то солгал,

Извини, воде придам.

Все слова твои запомню,

Заучу и всё исполню,

Надо ж землю исцелить,

Город снова воскресить!

Если будешь прав, бродяга,

И спасусь я в передрягах,

Гнев на милость я сменю,

Да и дам тебе жену.

Если ж ты обман задумал,

Все слова, да те придумал,

Я тогда тебя казню,

Наглой лжи не потерплю.

Ты ж пока сиди в темнице,

На моей родной землице,

Там молись уж день и ночь,

А пока, поди, с глаз прочь!

 

Князь вскричал, и сразу слуги

Взяли гостя и под руки,

Дверь закрылась тут за ним,

Князь ожил и стал другим.

 

***

После долгих размышлений,

Суеты, предубеждений,

Выбрав нужный день ему,

Князь отправился во мглу!

Ночь была, как и обычно,

Дождик лил уже привычно,

Где-то молния, сверкнув,

Князя чуточку вспугнув.

 

Князь тут вышел к морю быстро,

Ветер дул со страшным свистом,

Тучи черные неся,

Громыхая и треща.

Посмотрел тут князь на море,

Ужаснулся поневоле,

Прочитал, что надо, вслух,

Вдруг почуяв взгляд и дух.

Повторил он заклинанье,

Ожидая уж свиданья,

Третий раз всё повторил,

По воде сильней побил.

Вдруг из моря, как из бездны,

Показался лик чудесный,

Чья- то белая глава

Вся большая, как волна.

Рядом с ней туман кружился,

Налетел и с князем слился,

Все закрыл, и князь исчез

Словно в мир другой он влез.

Тучи в небе разбежались,

Только звёзды и остались,

Показалась и луна,

И настала тишина.

Пелена тут разбежалась,

В теле сердце сильно сжалось,

Нерв в ладони задрожал

Да и князь чуть задрожал.

Тишина его объяла,

И луна тут засияла,

Князь тут крикнул поскорей:

«Здравствуй, друг мой царь морей!»

 

Голова тут задрожала,

Чуть с ответом опоздала,

Голос грубый и мужской,

Отличил царя собой.

«Здравствуй, князь страны уж малой,

Вызываю месяц. Право!

Сколько ждать могу тебя,

С месяц море теребя».

 

Князь без меры удивился,

Страх свой сбросил, оживился,

Руки к телу привязав,

Разговор, с царем начав.

«Так всё это ты устроил,

С месяц мглою беспокоил,

Что ж хотел ты, царь морей,

От меня и от людей?»

 

Царь немного подождал,

О чем вымолвить желал,

А потом сказал ретиво,

Что хотел и торопливо.

«Чтобы в мире жить со мной

И земле уж дать покой,

Надо выполнить желанья,

Не как просьбы – указанья».

Царь наморщил лоб свой мощный,

Показав свой взгляд порочный:

«Три желанья у меня,

Все касаются тебя.

А не то я мрак устрою,

Земли все водой покрою,

Да не дам тебе житья

Мира! Счастья! Бытия!»

 

Князь от слов тех был испуган,

И бездельем был поруган,

Он не знал с чего начать,

Разговор чем поддержать:

«Говори свои желанья,

Я услышу притязанья,

Чем могу, тем угожу,

Если нет, так что скажу».

 

«Моё первое желанье», –

Говорил царь с придыханьем,

Чуть помедлив, он сказал,

Да за ухом почесал. –

«Твои прадеды и деды,

Сохранив мои заветы,

Мне платили не скупясь

Жили с морем, не стыдясь.

Ты же, князь, за все правленье

Так не дал для примиренья

Мне и крохи серебра

За всю прибыль от добра.

Что погодой был обласкан,

Тем ты прадедам обязан,

Но теперь тебе платить

Чтоб со мной да в мире жить».

 

Князь от слов тех напуган.

От царя он ждал недуга,

Все, что мог внутри собрал,

С дрожью речь свою сказал:

«Твоё первое желанье,

Мне как князю, боль в сознанье,

Но не знал, что мне платить,

Чтобы с морем рядом жить.

Я платить тебе желаю,

Только где платить не знаю,

Ты скажи, где – на реке?

Али где-то вдалеке?»

 

Царь немного поразмыслил,

Всё что мог, в уме причислил,

Твердо  голосом сказал,

Что он думал, что желал:

«Мне платить уж златом чистым

На реке, где скос и пристань,

Раз в году, когда прилив

По весне, бросай в разлив».

 

Князь с испуга отошел,

В дело страх свой перевел,

Не скупясь уж ни на что,

Стал спасать своё лицо.

«Десятину дам тебе

От всех сборов на воде,

Я надеюсь того хватит,

Злато то и долг оплатит.

 

Царь повёл своей главою,

Восхищаясь, словом вволю,

Слюни с жадностью глотнул

Поперхнулся и вздохнул:

«Вот второе приказанье,

Всё опять моё желанье:

Я хочу, чтоб у меня

Было всё, как у тебя.

Корабли к тебе входили,

Дань платили, уходили,

А потом на море мне

Всё сдавали в глубине».

 

Князь послушал со смятеньем,

Те слова, да с удивленьем,

Головою поводил,

 А затем царя спросил:

«Царь родной, а мне что делать,

В кораблях тех брешь проделать,

Чтоб, в том море, на ветру

Уходили б к осетру?»

 

Царь сомкнул своё дыханье,

Бровью сделал колыханье,

Видно было, он вскипел,

Раз мгновенье – Подобрел.

«Знай же, князь: не так я жаден,

Кораблям я всем нестрашен,

Брать я буду так всего

В год по судну – ничего.

Расскажи всем, море сжалось,

Измени фарватер малость,

И пускай ты все суда

Да по морю без труда».

 

Князь не стал царя тут злить,

Опустил глаза он вниз,

Он, во всем с ним соглашался,

Даже пикнуть не пытался.

«Хорошо! Всё, так как скажешь,

Пожелаешь и прикажешь,

Будет выполнено всё!

Что ты хочешь там ещё?»

Царь надул большие губы,

Выдув воздух вялый, грубый,

Очи вниз он чуть убрал,

Речь, тут вымолвив, сказал:

«Вот последнее желанье,

Мелочь! Так, не наказанье.

Ты исполни волю ту –

И я в тот же миг уйду.

Слышал слухи я на море,

Что в твоей семье и вскоре

Будет сын. Благая весть

Что и радости не счесть.

Всё к тому, что и на море,

У моей жены да вскоре

Дочь родится в тот же день –

Добрый знак в угоду всем.

Ты отдай мне сына в море,

Будет радости нам в доме,

С дочкой я его сведу,

Ну а после поженю.

Ты ж родишь себе на воле

Сыновей здоровых вскоре,

Ну, а этого ребёнка

Позабудешь, да в пелёнках».

 

Князь не понял что сказали,

Речь всю слушал он в печали,

Мысли долго доходили.

Всё желанья затравили.

«Ты не злись, владыка моря,

Я не молод, старость вскоре,

Это чудное творенье –

Дар богов мне в утешенье.

Да и как же, что за дело,

Что с тех губ твоих слетело!

Ты ж подумай, царь морей,

Что ты просишь у людей!»

 

Царь совсем рассвирепел,

И вдруг с шумом загудел,

Не скрывая – Титул, важность,

И свою неординарность.

«Кто ты: царь иль император,

Может, крупный губернатор?

Сколько есть земли твоей –

Верст так двадцать без морей!

Я же царь воды повсюду,

Я в любой ракушке буду,

Ты не спрячешься нигде,

Я найду тебя везде!

Ты отдай сыночка только,

Будет в море он надолго,

Ведь осталось мне всего

Лет пятьсот – и ничего!»

 

Князь все понял не уйти,

Но как сына уж спасти?

Может просто подчинится,

Али как договориться.

«Но позволь хотя б недолго

Нам порадоваться долгу,

Нам оставь ты то дитя,

Чтоб он вырос, стал, как я.

А когда уж восемнадцать

Радость лет тех изживёт

Ты возьмешь моё творенье,

Он к тебе в моря придёт».

 

Царь тут волей всё поджал,

Что хотел он точно знал,

Ну, а тут отца послушал,

С ним смирился, стал чуть лучше.

«Хорошо, пусть так всё будет,

Он дитя не так и нужен,

Но зато мне то отдашь,

Чем владеешь ты сейчас.

Дочек всех в залог оставишь,

В море их уйти заставишь,

Год за годом по одной –

Так расплатишься со мной.

С ними будет всё нормально,

Я ручаюсь изначально,

Сохранят они в плену

Юность, веру и судьбу.

И детей своих поженим,

С детства кольца им наденем,

Будет это для того,

Чтобы не было чего».

 

Князь подумал с состраданьем,

Понял! Жить да с ожиданьем.

Был готов всё подписать,

Только сына не отдать.

«Ладно, всё пусть так случится,

Время быстро очень мчится,

Но про клятву и слова

Не забыть нам никогда».

 

Понял царь, оно свершилось,

Как ни как, но получилось,

Князя надо подбодрить,

Чтобы дальше смог он жить.

«Ты же, князь, не беспокойся,

Да за дочек уж не бойся,

Всех я их там сберегу,

Дам им счастья не тоску.

Но там тоже жизнь сияет,

И любовью всех прельщает,

Если, как не услежу

Дочек замуж снаряжу.

Ну, так что – договорились,

Да на этом помирились?

Пусть погода в благодать

Будет вас всех баловать».

 

***

Хмурый князь идет от моря,

Сколько он хлебнул тут горя!

«Что мне делать, как мне быть,

Чтоб царя перехитрить?»

Утро вроде наступило,

Всё в природе стало мило,

Тучи мигом разбежались,

Ветер стих, а жизнь осталась.

И природа вмиг проснулась,

Солнцу, свету улыбнулась,

Да и птицы все запели

И на волю полетели.

Всё в природе заиграло,

Ожило, затрепетало,

Время взяло быстрый ход,

Позабыв часы невзгод.

 

Только князь идёт, скучает,

Разговор свой вспоминает,

Трудно ж князю одному

Защитить свою страну!

 

***

Люди все зашевелились,

Да до князя устремились,

Он – спасенье. Дал мечту

И вернул опять весну.

Побежали к князю все,

Даже слабые вообще.

Все кричат они: «Ура!

Мгла уплыла со двора!»

Морякам сейчас забота,

Им открылся мир, свобода,

Застоялись у реки,

Чуть не умерли с тоски.

Все быстрей, быстрей на волю,

Заскучали да по морю,

Платят золото, шутя,

С пирса в море уходя.

 

Один князь не всем доволен,

И на взгляд он неспокоен,

Рассуждая про себя,

Что ж тут делать день от дня.

А народ идёт, ликует,

Всех сейчас одно волнует,

Что вернулась к ним назад

Та погода без утрат!

 

***

Долго князь в палатах бегал,

Горечь в море он отведал,

В рабство он попал совсем,

Без забот и без проблем!

Всё ходил и долго думал,

Размышлял, не слышал шума,

«Как мне род свой сохранить

И народ не загубить?

Рано рыть себе могилу,

Нагибаться через силу».

С облегчением вздохнул

И рукой своей взмахнул.

«Слуги, слуги, подойдите,

Всех с собою захватите,

Быстро, быстро все ко мне,

Хватит там стоять во сне. -

Вы в темницу опуститесь,

Жив ли гость мой, убедитесь,

Если да, то вверх ко мне,

Хватит спать там в тишине».

 

Слуги мигом тут помчались,

С рвеньем рьяным постарались,

Князь подумал: «Приведут,

Если надо - и убьют!»

 

Вот и двери распахнулись,

Слуги быстренько вернулись,

Приведя и отряхнув.

Князь вскричал всех разогнув.

«Слуги дело: - Все на выход,

Разговор у нас закрытый,

Он один мне нужен здесь

Надо волю мою счесть».

 

***

Гость разбитый был совсем,

И не знал, чего хотел,

Тут схватили, потащили,

Ни чего и не спросили.

«Здравствуй, князь! Уж натерпелся,

Заточенья я наелся,

Отчего ж не верил мне,

Свету, данному во тьме».

 

Князь тут скрыл свои печали,

Улыбаясь, чтоб не знали.

Знал наверно этот гость,

Через что пройти пришлось.

«Ты прости меня-то, путник,

Что не верил я, преступник,

Правде, сказанной тобой,

И что был такой чудной.

Ты не бойся, я исправлюсь,

И в делах своих поправлюсь,

Обещал тебе жену,

Да и денег, что смогу».

 

Гость совсем повеселел,

Быстро весь остервенел,

Он забыл к кому пришел,

И как случай с князем свел.

«Ой, спасибо, князь ты добрый,

Стал не в тягость плен твой тёмный,

Подобрел ты уж ко мне

И не смотришь как во сне.

Извини, мне нужно малость

Пол процента не за наглость,

Что дает тебе пока

Та кормилица река».

 

Князь нахмурил свои очи,

Не внимая прежних слов,

Ярость! - Вот и весь источник,

Побеждать своих врагов.

«Из чего ты долю хочешь,

Что губами там бормочешь?

Сколько надо, говори,

Всё бери и уходи.

И скажи мне, друг сердечный,

Где узнал ты «ключик» вечный,

Что позволил мне войти

И царя морей найти».

 

Гость немного растерялся,

Ярость! – Ход уж тот удался,

От неё он сжался весь,

И убавил сою спесь.

«Говорю тебе, что знаю

И сказать тебе желаю:

Я служил князьям Тарго,

Там узнал секрет всего.

Был тогда я слишком молод,

И открыт мне был весь город,

Начудил там пару раз,

И меня прогнали с глаз.

После по свету скитался

И в болотах бултыхался,

Вдруг я ухом услыхал,

Что тебя Нептун позвал.

Долго путь к тебе держал,

Всю одежду растрепал,

А меня за добро слово

Ты в тюрьму упек. Сурово!

Потому за боль да слезы

Оплати мне все угрозы,

Ведь мне нужно-то всего

Полпроцента, вот и всё».

 

Князь немного поразмыслил,

Понял, кто тут мрак расчистил,

Скинул ярости он груз,

Заглушая разум чувств.

«Будет так, я дам, что надо,

От меня, да будет злато,

Но за то без лишних фраз

Послужи мне еще раз».

 

Гость немного встрепенулся,

Да от слов тех отшатнулся,

Не внимая, что гласят,

Да и что с него хотят.

«Что ты, князь, с меня все хочешь?

Да не слышно так бормочешь,

Отвечай же, не томи,

Да подробней расскажи».

 

Князь задергался немного,

Что сказать: «Уж нет другого»,

Чуть-то громче прошептал,

И глаза свои убрал.

«Есть работа: так, немного –

Утешать морского бога,

Морю дань передавать

И при том не воровать.

Если сделаешь, как надо,

Ждёт тебя за то награда,

Хоть угроза скрыта там,

Но зато тебе воздам».

 

Гость задумался надолго,

Всё смотрел на князя волком,

Не внимая почему,

Он отдал дела ему.

«Ну а что там за опасность –

И угроза, - то неясность,

Почему не хочешь сам,

А даешь чужим рукам?»

 

Князь в глубокой думе был.

Что о госте позабыл,

А потом очнулся вроде,

И сказал: «Он князь не может.

Омут страшный есть в реке,

Он на скосе вдалеке,

Вот туда и дань платить,

Чтоб морям тем угодить.

Страшный омут, это правда,

Заплати! Тебе награда,

И в году всего лишь раз

Надо выполнить наказ.

Денег дам за то я много,

Если сделаешь всё строго,

С ними сможешь мир купить,

Да безбедно тут же жить».

 

Гость всё быстро посчитал,

Вспомнил мир – Как горевал,

Ну, а тут дают работу,

Да и денег не по счету.

«Ладно, князь, договорились», –

Оба разом ободрились. –

«Будет выполнено всё!

Будет что ко мне ещё?»

 

Князь без меры оживился,

И улыбкой осветился,

Руку гостю протянул,

Да и в ухо тут шепнул:

«Нет, иди, с тебя и так уж хватит,

Ключник мой сполна заплатит,

Отдохни и нарядись,

Да и в лавках не скупись.

Но смотри: меня обманешь –

Мигом жить ты перестанешь,

Лично в речке утоплю,

Воровства я не стерплю!»

 

***

«Вот и всё, вопрос улажен,

Для меня он был так важен,

Надо думать, о втором,

Чтоб не стал он мне тут злом.

Надо выпустить указы,

Морякам спустить наказы,

Чтобы, в море уходя,

К берегам не брали б зря.

Кто не выполнит указа –

В море выйдет без наказа,

Тех я быстро отловлю,

Ноги, руки отрублю.

Рыбакам указ направить,

Чтоб сетями всё заставить,

В море, в берег на проход

Забросали б камнем ход.

И на скалах у причала

Стража чтоб весь день стояла,

Охраняя бухту всю

Даже в час, когда я сплю.

 

***

«Это мерзкое желанье,

Моей воли наказанье,

Душу тянет из меня

Всё сильнее ото дня.

Как мне быть с родным ребенком,

Не с соседским и не сводным,

Чтоб не знал про море то

И не слышал ничего.

Да и как сказать любимой,

Ей одной, душе родимой,

То, что будет с дочерьми

Уже скоро, чёрт возьми!?

И подумать, как быть верным,

И сказать жене все скверны?

Может, ложь спасёт меня

В свете завтрашнего дня!?»

 

Он и ухом не почуял,

Себя мыслью критикуя,

Раз! И тут жена вошла,

Князя мысли прервала.

«Здравствуй, князь мой, муж любимый,

Что задумался ты, милый,

Что ж ты в грезах тех нашел,

Куда ум тебя завёл?»

 

Князь от мыслей воскресает,

Грусть проходит, исчезает,

Он не ждал её узреть,

И сказать, что знал посметь.

«А, то ты, моя княгиня,

Так тиха, словно богиня,

Точно бабочка, летишь –

Шум вблизи не различишь».

 

А княгиня как лиса,

Вертит в стороны глаза,

Понимая, что случилось,

Все ж не так, что изменилось?

«Отчего ж ты, князь, в смятенье,

Словно в чудном изумленье,

Что-то там себе молчишь,

Ничего не говоришь».

 

Князь все мысли тут собрал,

Ложь и умысел смешал,

Врать так, врать, чем ложь наглея,

Тем правдивей и круглее.

«Был я, милая, у Бака,

Князя, что живёт без страха,

Он сказал мне, отчего

Зло на княжество пришло».

 

Тут княгиня удивилась,

Да во взгляде изменилась,

Что такое он болтал,

И её не замечал.

«Но послушай, мой любимый,

Слышу бред невыносимый,

Ночь прошла всего одна,

Ведь ты дома был вчера.

А до Бака верст пятьсот,

Да и нужен и народ,

Как ты мог попасть туда

Да за ночь и без труда».

 

Князь совсем тут в ложь ударил,

И поверить в то заставил,

Говоря о том с лихвой,

Он мотал всё головой.

«Знаю! Правды не боюсь,

И вранья я не стыжусь,

Есть волшебник у меня,

Ритуал! – И за моря.

Вдруг я очи поднимаю

И душой всё понимаю:

Я у Бака, пью вино,

Гостем сидячим давно».

 

А княгиня, в то поверив,

Не внимая на потери,

Стала, что-то говорить,

Ложь смогла уж убедить.

«Что ж тебе уж там сказали,

Что уснул ты как в печали,

От чего ты загрустил,

Нос свой вниз ты опустил?»

 

Понял князь, что ложь уж съели,

Надо дальше врать у цели,

Не запнутся ни на чем,

А приврать на весь объем.

«Бак сказал мне все заклятья,

Чтоб прогнать мои проклятья,

И при этом он сказал,

Чтобы плату я отдал.

Что отдать, я долго думал,

Но к утру я всё придумал,

Я отдам всех дочерей

За Бакинских сыновей».

 

А царица погрустнела,

Да на князя посмотрела,

Тут же капнула слеза,

И намокли все глаза.

«Вот придумал ты всё разом,

Не моргнул и левым глазом,

Всех отдать ты пожелал,

Даже тех, кто слишком мал».

 

Понял князь, заговорился,

Но пока ещё не сбился,

Надо, словом исправлять,

Да и время не терять.

«Мы придумали надежно,

Очень просто и не сложно,

Год за годом отдавать,

И со старших и начать».

 

А княгиня вся в слезах,

Душу ей терзает страх,

Но она же все ж смирилась,

Да и с князем согласилась.

«То всё так. Всё пролетает,

Время быстро пробегает,

И когда ту пору ждать

Чтоб уж старшую отдать?»

 

Князь задумался немного,

Посчитав в уме всё строго,

Мысли, сроки перебрав,

А затем и речь сказав:

«Месяц, думаю, с полтиной

Остаётесь, вы едины,

А уж после, извини,

В путь заставлю их идти».

 

***

Ход времен не остановишь,

Время мчится, не догонишь,

Вот и месяц вдаль ушел,

Сын родился – теплым днем.

Три недели чадо грели,

Все в руках носить хотели,

А потом забрала мать

И не стала всех пускать.

Итиль имя князю дали,

В честь реки его назвали,

Имя славное дано,

Что и жить с ним суждено.

То, что князь в тот мир родился,

Три недели праздник длился,

Съели на год всё вперёд,

Да испили сладкий мёд.

 

Один князь, нахмурив очи,

В сумрак темной-темной ночи

Дочку старшую повел,

В море бросил и ушел!